Туганайлар

На педпрактике

В 2013 году в Челябинске под руководством членов Союза писателей России Николая Годины и Виталия Савченкова вышла в свет книга Петра Минеева "Нагайбаки: этнос от восхода до заката". Книга посвящена исследованию некоторых этапов развития нагайбаков. В ней представлены публикации в открытой печати, рассказы и повесть "Нагайбаки". Автор издания Петр Минеев...

В 2013 году в Челябинске под руководством членов Союза писателей России Николая Годины и Виталия Савченкова вышла в свет книга Петра Минеева "Нагайбаки: этнос от восхода до заката". Книга посвящена исследованию некоторых этапов развития нагайбаков. В ней представлены публикации в открытой печати, рассказы и повесть "Нагайбаки". Автор издания Петр Минеев - уроженец села Фершампенуаз Нагайбакского района Челябинской области. Свои первые стихи начал сочинять еще будучи школьником. В целеустремленном молодом человеке учителя смогли вызвать любовь к педагогике. В итоге, когда пришло время выбора профессии, Петр поступил в пединститут. Сначала, по направлению отдела образования - в Казанский, затем - в Магнитогорский. Получив диплом педагога, проработал в школах разных городов России и в Вильнюсе. Перед выходом на пенсию вернулся на свою этническую Родину. Занялся литературным творчеством, печатается на страницах местной газеты "Всходы".
…Я в 1963 году пятикурсником Магнитогорского пединститута преддипломную практику проходил в своей родной Фершампенуазской сельской средней школе. Директором нашей десятилетки был замечательный педагог, обладающий врожденным талантом воспитателя. Историк по образованию, умевший играть на многих музыкальных инструментах, включая и струнные.
Его теперь, наверное, уже нет... Какая бы житейская молва о нём не распространялась, он остался в нашей памяти русским, добродушным, хлебосольным человеком, имя которого приятно вспоминать: это был Иван Дмитриевич Любуткин. Его уроки истории, в особенности "Истории Древнего мира", были незабываемы. Они проходили как единое мгновение на одном дыхании. Он словно брал нас за руки, как прекрасный гид, и водил по подземным лабиринтам седых замков планеты, по тайным ходам тысячелетних пирамид и следам племени майя, самых древних и умных математиков и астрономов. Уроки истории для нас превращались в сказочные праздники встреч с культурой человечества нашей маленькой планеты, пылинкой, несущейся в необъятной Вселенной.
Однако вернёмся к сути моего повествования. По-разному восприняли в то время моё появление в школе учителя и ученики. Шёл эксперимент по переходу обучения в средней школе с десятилетнего на одиннадцатилетнее. Старшеклассники выражали своё отношение к моему появлению в качестве учителя математики и физики то ли негодованием, то ли восхищением, но одной единственной фразой:
- Петька Минеев приехал на педпрактику!
Эту фразу я слышал повсюду в коридорах нашей старенькой школы. Со мной в этом году проходили педпрактику и несколько девочек, выпускниц нашей школы и студенток филологического факультета.
Я же работал в дневной школе, вёл физику в восьмых классах и математику в девятых. Дали мне возможность поработать и с вечерниками, где учились люди старшего возраста и некоторые мои сверстники, которые по разным причинам несколько приотстали с получением среднего образования.
Занятия в школе велись в три смены. Учитывая то, что в моём наборе школьных предметов в различных возрастных классах отсутствовали параллели, подготовка к урокам занимала основное время в моей педагогической практике. Нагрузка теоретическая для практиканта при полной ставке была, скажем, нешуточной.
Контроль за прохождением педпрактики был возложен на завуча школы, преподавателя математики Валентину Ивановну Бикбову. Я был доволен таким кураторством: была она культурным, весьма образованным человеком, честным и прямым, но справедливым, со свежим интеллектуальным суждением. Я отдавал ей все возможные почести и, как молодой человек, восхищался её педагогическим даром. Её познания позволяли ей давать мне и дружеский совет, и добрые наставления по методике и педагогике в рамках, соответственно, приличия.
Во все времена моей жизни я говорил и до сих пор повторяю: "Как мне везло на добрых людей!"
При этом, конечно же, был и негатив, но эти случаи не заслуживают внимания, и я это благородно пропускаю.
По методике и педагогике я получал помощь старших учителей, и, хотя мою практику оценили на "хорошо", это была заслуженная оценка.
Взаимоотношения с детьми складывались благополучно, я принимал участие во всех школьных мероприятиях: был заражен туризмом и водил свой класс по берегам Гумбейки и Чилика, по берёзовым гривам... И было то молодое, чудесное время!
Иван Дмитриевич посылал в Магнитогорск за наглядными пособиями, выпросив грузовик - "Захар" (ЗИС-5). У меня было доброжелательное окружение: я не находил в этой среде недобрых людей. Таков был мой юношеский максимализм.
Запомнился мне в моей педагогической практике и такой курьёзный случай. Мне доверили вести в 11-м классе физику по учебнику Пёрышкина после сильной учительницы Клавдии Николаевны Перепёлкиной (Шебалиной). Прекрасной души она была. Её влюблённостъ в школьный курс физики вдохновляла и откровенно призывала следовать нас по выбранной ею тропе к познаниям.
Хоть она "ставила нас на крыло", мне было трудно следовать её педагогическому нас ледию.
В этом классе училась девушка-блондинка с изумрудно- зелёными глазами, стройная, ну просто скульптурно-точеная Наташа, сестрёнка моего рослого рыжеволосого одноклассника Славы Белозерцева. Судьба самого Славы осталась мне неизвестной. Наши пути-дорожки за пределами школьной скамьи более не пересекались. А вот его сес трёнка Наташа доставляла мне немало хлопот. Чертовски красивой была эта ученица и, судя по её поведению, откровенно безразлична к моему существу.
Иногда она проявляла странно повышенный интерес к моему предмету. И выражался этот интерес тоже своеобразно: её зелёные глаза впивались в мою душу непонятным мне образом. И всё это происходило во время изложения нового материала. Я начинал волноваться за судьбу урока, чувствовал пристальное внимание всего класса на этот розыгрыш. Стройность моей речи нарушалась, я начинал заикаться. Она меня превращала из учителя в обыкновенного нашкодившего ученика. Выручал в этот момент, конечно, школьный звонок, который предвещал окончание очередного "эксперимента". Обиженный своей безнадёжной скромностью, я возвращался в учительскую. Обеспокоенные учителя пытались меня вывести из очередного ступора.
Иногда встречались мы на улицах нашего родного села совершенно случайно. Я не ощущал никакого смущения, волнения и интереса к своей особе и сам не проявлял признаков чувственности. Здоровались, конечно, и спокойно, без эмоций, покидали место встречи. Закончилась моя педпрактика, и мы благородно, навсегда забыли друг друга. К счастью для нас, я думаю.
Жизнь склонялась уже к закату, когда одна из ее подруг, будучи моей коллегой, раскрыла содержание этой загадки. Это была учительница литературы и русского языка Андреева Валентина Николаевна:
- Ты помнишь во время педпрактики Белозерцеву Наташу? - спросила она меня.
- Конечно, помню свой позор и израненную царапинами душу, - отвечал я.
- Это мы её упрашивали приводить Вас в смущение, - отвечала она. - Да, это была игра в Вашу пользу.
Годы незаметно пролетели. Говорят, что она теперь имеет ученую степень, преподаёт в Магнитогорском техническом университете. Знай наших!
Пытались, видите ли, оказать влияние на мою устойчивость к женскому полу и вечеринки.
Учителям-фронтовикам
Батраеву Ивану Николаевичу,
Батраеву Ивану Кузьмичу,
Васильеву Ивану Яковлевичу,
Иванову Федору Ивановичу,
Егорову Василию Захаровичу
и многим другим, вернувшимся с Великой Отечественной
и посвятившим всю оставшуюся жизнь детям...
Пришедшие с войны учителя
Учили нас пристрастно и влюбленно.
Мы, воинов погибших сыновья,
Прислушивались к ним настороженно.
Пройдя сквозь ад, я думаю, солдат
Входил к нам в класс взволнованней, чем дети.
Он был в ответе за своих ребят,
За всех живых на маленькой планете.
И, отогревши юные сердца,
Мы возгорались пламенем величья.
Читать пытались мысли мудреца
И познавали ценности приличья.
Я помню всех своих учителей,
С войны пришедших, защитив Отчизну,
И с каждым днем ответственность сильней,
Что чувства те не высказал при жизни.
Петр МИНЕЕВ, Фершампенуаз

Нравится
Поделиться:
Реклама
Комментарии (0)
Реклама
  • 4 май 2018 - 16:28
    Правнуки рассказывают о своем прадеде (http://pestrecy-rt.ru/)
  • Закрытие IV Форума кряшенской молодёжи Фоторепортаж
  • Волнуют ли кряшенскую молодёжь вопросы семьи? ФОТОРЕПОРТАЖ
  • "Айбагыр" Олы көн 2018
  • Чему научились делегаты Форума на мастер-классах ФОТОРЕПОРТАЖ
  • Открытие IV форума кряшенской молодёжи ФОТОРЕПОРТАЖ
  • Как делегаты IV Форума провели первый день
  • В Кировской области впервые прошел семинар по наследию кряшен
Ночной режим