Туганайлар

Гагаузы: тернистый путь

С 15 по 17 марта в Казани прошли Дни гагаузской культуры. 17 марта в офисе Общественной организации кряшен Татарстана состоялась встреча активистов кряшенского этнокультурного движения с представителем Гагаузии, историком, исследователем Игнатом Казмалы, который рассказал нам об истории и о современном положении гагаузов.

- Местом проживания гагаузов российская академическая наука называет «южнорусские степи». Возникает вопрос: с каких пор они южнорусские? Там никогда русские не жили. На протяжении двух с половиной тысяч лет во всем северном Причерноморье до Босфора прослеживается тюркский след. И нет никаких следов пребывания материальной культуры славянских племен в этом ареале.

Когда гагаузы в 1990 году начали предъявлять права на автономию в составе Молдавии, доктор исторических наук Мария Маруневич, обосновывая для Совета Европы право гагаузов на отдельный народ тюркской ветви, научно доказала, что гагаузы живут не на русских, не на молдавских землях, а на землях ногайцев, которых Российская империя выселила во время войны в 1806-1812 годы. До ногайцев здесь жили тюркские народы - чингизиды. Южная ветвь чингизидов и гагаузы жили в Добрудже - это между румынским городом Констанца на Черном море и городом Варна в Болгарии. Гагаузы даже имели там государство на протяжении 120 лет. Эти разрозненные племена перешли через Дунай, объединились, приняв христианство, и появилось самоназвание «гагаузы». Они не употребляли в своей речи слова «румын» или «молдаван», говорили «кёк», «кёклё» - что означало «корень», «коренные». Где-то двести с лишним лет назад, занимая ногайско-татарские селения, гагаузы расселились компактно. Они понимали, что молдаване и румыны - коренные, а сами они переселенцы, беженцы. Но гагаузов не Российская империя переселила - они бежали так же, как сегодня бегут люди из Сирии. Когда приходила Российская империя на Предбалканье, северное Причерноморье, оттуда уходила волна беженцев, те места опустели. Но мы знаем свои прежние родовые селения. Я знаю свой род по четырем ветвям по линии отца до 1730 года. Единственное село, в котором сохранились церковные документы за 200 лет - это Авдарма. Всего ногайско-татарских селений в Буджаке было около трехсот. В Молдавии названия сохранились, а в той части Бессарабии, которая отошла к Украине, при большевиках в 1940 году названия сел были изменены. Сегодня там происходит обратный процесс.

- Каково было положение гагаузов в советский период?

- Самоидентификация «гагауз» у нас всегда сохранялась. В советском паспорте также была написана национальность «гагауз». По переписи 1979 года нас насчитывалось 175 000 человек. Но в то же время нам запрещали разговаривать на родном языке в школе. Если слышали в первый раз - выгоняли домой за родителями, второй - исключали из школы. Разные мифы придумывали про историю: места проживания гагаузов называли «дикие степи», «дикое поле». А с кем же тогда Российская империя так долго воевала, чтобы выйти к Черному морю, если в этих степях никого не было?

- В каком году гагаузы приняли православие?

- Последний самый старый документ, который я нашел, показывает, что это было в 1036 году. Но я полагаю, что часть гагаузов имела крещение и перешла через Дунай будучи христианами.

Научный сотрудник Центра изучения истории и культуры кряшен и нагайбаков при Академии наук Татарстана Геннадий Макаров привел параллель между деятельностью кряшенского просветителя Василия Тимофеева и гагаузского просветителя Михаила Чакира, обозначив, что есть много общего в их деятельности по переводу священного писания на родной язык. Вот что рассказал Игнат Казмалы про род Чакиров:

- Судьба Михаила Чакира очень интересна и трагична. Род Чакиров считается основоположником современного города Чадыр-Лунга. Михаил Чакир знал 9 языков, был председателем Бессарабской губернской комиссии переводчиков при суде присяжных. Также он возглавлял Бессарабское управление сельского образования. Помимо религиозных работ у него есть много образовательных трудов. Когда румыны после революции пришли в Бессарабию, 4 марта 1918 года, Михаил Чакир издает и утверждает у цензора «Краткую историю гагаузов». Михаил Чакир умирает в 1938 году. У него был двое сыновей. Один из них - Михаил Чакир - был подполковником Российской армии, прошел всю первую мировую, имел высокие боевые награды. У Чакиров были большие личные библиотеки в Кишинёве и в Комрате. Михаил убежал от большевиков в Румынию. Он арендовал несколько подвод, чтобы вывезти книги, картины из Молдавии, но на въезде в Румынию его арестовали и послали в Сибирь в ГУЛАГ. Он вернулся в Молдавию только в 1958 году, отсидев 18 лет. Умер в абсолютной нищете. Часть семьи, которую он успел перевезти в Румынию, осталась в живых. А оставшиеся в Молдавии были репрессированы как семья священников и семья офицера Императорской армии. 7 лет назад я встречался в Румынии с внуком Михаила Чакира, тогда ему было 98 лет. Основатель Комратского историко-этнографического музея, заслуженный аксакал, Анатолий Маринов, который и ныне в здравии, ему уже за 90 лет, будучи мальчишкой, был свидетелем, когда в 40-ом году пришли большевики и использовали все рукописи Чакира, неопубликованные, ненапечатанные произведения как черновая бумага.

- Расскажите о своей книге.

- 21 ноября 2011 года я создал музей истории села Авдарма. Мы, три брата, выкупили три частных дома в центре села и построили музей, который через два года стал лучшим в Молдавии. Когда мы производили работы на Татарском роднике, нашли артефакты материальной культуры, оружие, предметы быта, орудия труда, украшения… Самое первое документальное упоминание о нашем селе - 1563 год - день основания села ногайскими татарами, которые ушли в 1550 году из Поволжья в результате распада Золотой Орды и появления Ногайской Орды. А в 1563 году образуется около 300 селений в Буджаке, где проживали татары (те, которые пришли с Чингисханом в 1242 году) и ногайские татары. На Татарском роднике мы нашли монету 1290 года. А буквально несколько дней назад рабочие нашли целую горсть монет 1415 года.

Когда я писал книгу «Авдарма. История села 1563-2013», сложно было собрать материал и показать гагаузов в комплексе, потому что церкви разрушены, архивы сожжены. В Авдарме же архив сохранили - спрятали от большевиков, зарыв в землю. Я его откопал, он сейчас является достоянием истории и культурного наследия народа. Я решил показать историю гагаузов на примере одного села, ведь в соседних селах судьба была практически одинакова. Использовал только документы и артефакты (в книге 464 страницы, 1001 цветной элемент - фотографии, копии документов). В книге нет ни одного вывода, суждения, заключения - ее может читать человек любой религии, любой национальности, здесь нет ни вражды, ни ненависти - только то, что подтверждает - кто мы. Я не ищу виноватых, не осуждаю прошлое, я показываю только события на основе тех документов, и тех артефактов, которые сегодня в моих руках и являются достоянием истории. За каждую букву, за каждый артефакт я могу с радостью заходить в суд и улыбаться, потому что на сделку с совестью и на какие-то величия я не пошел. Не было у меня цели что-то скрыть, что-то увеличить. 31 год я одновременно учил себя и собирал материал для книги. Я бывший советский военный, был в Афганистане, имею два ордена Красной Звезды, закончил Новосибирское военно-политическое училище, закончил военный институт иностранных языков в Москве, исторический факультет Бакинского государственного университета, докторантуру при Молдавском государственном университете, много читал социальную философию, философию антропологии, философию истории, философию науки. Мало того, что можно найти документы, нужно понять, что такое человек в истории, что такое история в судьбе человека.

- Какой общественной позиции Вы придерживаетесь?

- Последние 4 года, кроме научно-исследовательской деятельности, я ничем не занимаюсь. Не завишу ни от государства, ни от общественности, ни от политиков. Я никому неподотчетен, кроме своей совести. Я в ответе перед собой и своим родом. Почему? Если я сегодня ошибусь, завтра это пятно ляжет на представителей моего рода. А я никто, чтобы пачкать имя рода, не я его складывал столетиями, чтобы сегодня прийти, и своими амбициями его уничтожить. Я не могу быть членом партии или какого-либо общественного движения и одновременно объективно заниматься наукой. Я должен быть абсолютно свободен, чтобы не становиться элементом принуждения или пропаганды.

Фотографии со встречи:

Нравится
Поделиться:
Реклама
Комментарии (0)
Осталось символов: