Туганайлар

Численность, расселение и формирование особенностей культуры и быта кряшен, Ю.Г.Мухаметшин

Наука о кряшенах

В статье даётся подробная характеристика численности, территориального расселения и формирования культурной и бытовой специфики кряшен

В начале XX в. насчитывалось 122 301 старокрещеных татар. Компактная их масса (42 670) проживала на территории Казанской губернии. С образованием Татарской АССР в ее пределах оказалась часть кряшен, ранее живших в уездах Вятской, Уфимской, Симбирской губерний. По переписи 1926 г. (последняя перепись, где были учтены кряшены), численность кряшен на современной территории Татарской АССР составляла 99 041 человек, или 6,6% общей численности татарского населени. Определяя расселение татар в целом, Н. И. Воробьев выделил проживающих на территории Татарии кряшен, как самостоятельную крещено-татарскую группу, и подразделил их на пять территориальных подгрупп: предкамскую, восточнозакамскую, елабужскую, западнозакамскую (чистопольскую), молькеевскую.

По статистическим данным конца XIX в., наиболее многочисленной среди перечисленных подгрупп являлась предкамская, насчитывавшая около 35 тыс. человек. Она занимала пределы Мамадышского, Лаишевского, Казанского уездов Казанской губернии и южную часть Малмыжского уезда Вятской губернии. Предкамская группа татар, как известно, является наиболее древней. В Предкамье в последний период существования Булгарского государства передвинулось население из Западного Закамья, здесь сформировалось новое экономическое и политическое ядро края — Казанское ханство и его основное население — казанские татары. С историческим развитием казанских татар связана и история кряшен, которые, несомненно, являлись потомками местных татар, крещеных на месте своего обитания. Источники показывают, что ряд кряшенских деревень, особенно центральной и южной части Предкамья, уже существовал в период Казанского ханства и во многих из них имелись остатки старых мусульманских кладбищ, сохранялись и эпиграфические памятники XIII—XVI вв. Более того, в топонимике татарских, в том числе и кряшенских, селений Предкамья исследователи выделяют исторический пласт, относящийся к болгарам Волго-Камья. Например, по данным Г.В. Юсупова и Г. Ф. Саттарова, многие названия кряшенских селений (Альведино, Зюри, Мамли, Нырсывар, Янцевар и др.) образовались из древнебулгарских личных имен .

Предкамская подгруппа казанских татар формировалась не только за счет тюркского населения. Предки татар в процессе своего расселения издавна контактировали с финно-угорским населением. Поэтому неудивительно, что встречались отдельные поселки (особенно на территории современного Балтасинского, Кукморского и северной части Мамадышского районов), население которых считало, что их предками были отатаренные удмурты, переселенные в Предкамье уже христианами. У этих кряшен в языке имелись отличия от соответствующих говоров татар Западного Предкамья. Связи с соседними народами прослеживаются и в топонимике их селений. В частности, такие названия, как Дурга, Чепья, Юмья и другие, исследователи объясняют происхождением их из удмуртских родовых (воршудных) имен ". Интересны в этом отношении кряшенские деревни Чура и Малая Чура в северной части Заказанья. Н. И. Золотницкий подчеркивал, что часть деревень под этим названием была марийская или принадлежала отатаренным соседям. Масса фактов, свидетельствующих о принадлежности ряда деревень кряшен в прошлом к соседним народам, содержится также в работах И. М. Ляпидевского И. А. Износкова, И. Н. Смирнова, Я. Д. Коблова и других. Народные предания также рассказывают, что такие деревни кряшен, как Биктяшево, Яныль, Малая Чура, Поршур, Сардек, были основаны удмуртами и марийцами. В частности, в д. Биктяшево вначале жили удмурты, а с приходом татар (первые поселенцы Ишмән, Гәрәч, Биктәш) одни удмурты ушли из деревни, другие — со временем «отатарились». Контакты с соседними народами отразились и в общественном быту: в более длительном существовании больших патриархальных семей, в отличавшихся от мусульманских многих свадебных обрядах, в своеобразном музыкальном творчестве (хороводных песнях) и т.п.

Второй по численности подгруппой кряшен ( 19 709 человек) является восточнозакамская, расположенная в бывшем Мензелинском уезде Уфимской губернии. Здесь татары жили чересполосно с русскими, чувашами, мордвой, башкирами и другими народами. Миграция татар на эту территорию в основном происходила в XVI—XVIII вв., особенно в период строительства Закамских укрепленных линий. Видимо, основная масса кряшен переселялась, уже будучи христианами, так как еще в исторических актах 1676 г. упоминаются кряшенские деревни Багряж, Ляки. В списках сел Мензелинского уезда Уфимской губернии почти все деревни кряшен обозначены как старокряшенские. Правда, Н. И. Воробьев не исключает христианизацию части татар уже в Восточном Закамье.

Кряшены Восточного Закамья, как и в целом татары, являлись выходцами из районов Предкамья (с Елабужской стороны, из-под Кукмора, из-под Казани). Например, жители с. Налим были переселены сюда при Иване Грозном из Казанского царства и насильно крещены. Предания об этом сохранились и в народной памяти. В частности, жители д. Нижние Чыршылы считали, что их предки казан кешесе (казанские люди) пришли из-под Казани, а жители д. Ляки — из д. Юкачи Мамадышского района . Некоторые деревни кряшен в прошлом были основаны башкирами или же чувашами. Часть их населения считала своими предками башкир или чувашей.

Восточнозакамские кряшены как переселенцы из Предкамья сохранили многие черты языка и быта основной подгруппы. Общность языка кряшен Уфимской и Казанской губерний отмечал Н. Ф. Катанов, это нашло подтверждение и в исследованиях современных татарских языковедов. Общность этнографических особенностей наблюдалась в верованиях, обычаях, обрядах, имеющих черты язычества, а также в хозяйстве и материальной культуре. Наряду с этим в быту кряшен Восточного Закамья имелись и некоторые региональные отличия. Это прежде всего проявлялось в сохранении традиционных элементов быта в более древнем виде, чем в основной подгруппе. Еще в 20-х годах Н. И. Воробьев писал, что быт кряшен Челнинского кантона по сравнению с бытом Мамадышского кантона представляет наиболее чистый тип и очень оригинален. Он отличается от татаро-мусульманского и от русского и имеет ряд каких-то более древних черт, возможно татарских, доисламских. У восточнозакамских кряшен имелись также некоторые региональные особенности в языке, содержащем отдельные элементы башкирских и чувашских слов. В их материальной культуре также можно найти элементы, близкие культуре башкир, чувашей и удмуртов.

Компактно расселена елабужская подгруппа (кряшены бывшего Елабужского уезда Вятской губернии, современный Елабужский район ТатАССР). На этой территории проживала значительная часть кряшен бывшей Вятской губернии (из 8133—5774 кряшена). Селения их были расположены, перемежаясь с поселениями русских, татар, южных удмуртов, восточных марийцев. Еще в дореволюционной литературе указывалось, что население кряшенских деревень считало себя коренными жителями этих мест. Многие источники относят их христианизацию к XVI в. В конце XVIII—начале XIX в. основывались отдельные выселки, починки (д. Новое Утеганово, Малый Шурняк, Новое Гришкино, Крещеный Тыловай) выходцами из старых деревень. На недавнее возникновение этих деревень указывают также родословия (шәҗәрә) из 6—7 колен предков (150-200 лет) .

В процессе расселения кряшены, видимо, основывали новые деревни, а также поселялись в деревнях соседних народов. Известно, например, что д. Паново раньше была заселена удмуртами, а д. Ашпайкино — удмуртами и марийцами. Топонимика и гидронимика ряда деревень также содержат названия, указывающие на прежних обитателей, ар каенлыгы (березняк удмуртов), чирмеш елгасы (речка марийцев) и т. д. Н. И. Воробьев даже полагал, что кряшены елабужской группы, по преданиям, являются отатарившимися удмуртами. Нельзя не отметить также, что названия некоторых кряшенских деревень (Ашпайкино, Брюшли, Атияз) имеют отношение к языку чувашей и, по мнению некоторых исследователей, находят прямые аналогии с древне-булгарскими.

Западнозакамскую (или чистопольскую) подгруппу составляли селения, расположенные к югу от г. Чистополя и в восточной части бывшего Чистопольского уезда, а также единичные деревни бывшего Спасского уезда (современный Чистопольский и Алексеевский районы ТатАССР). Здесь насчитывалось более 6 тыс. кряшен, расселенных среди татар-мишарей, чувашей, мордвы, русских. Возникновение ряда кряшенских деревень, вероятно, было связано со значительным притоком в эти места населения в период возведения Закамских укрепленных линий и в более позднее время. В частности, судя по языку, основателями некоторых деревень могли быть мишари, переселившиеся из Правобережья в XVII в. К тому же, по данным информаторов, кряшены таких деревень, как Тавель, Вахта, Крещеная Елтань, называются мишәр крәшеннәре (кряшены из мишарей). Можно полагать, что часть деревень кряшен была основана выходцами из Западного Предкамья и, судя по именам первых поселенцев, христианизация застала их уже в Западном Закамье.

В литературе отмечалось чувашское происхождение некоторых деревень чистопольских кряшен, что подтверждается и народными преданиями. Кроме того, имеются сведения о том, что у западнозакамских кряшен «благодаря близости с живущей рядом мордвою, в их быту чувствуется некоторое мордовское влияние».

Как известно, на научной сессии 1946 г., посвященной вопросам происхождения казанских татар, было резюмировано, что казанские татары как народность сложились в результате длительного общения и взаимосвязей с другими этническими группами и народами. В настоящее время работами археологов, этнографов, антропологов, языковедов Поволжья доказано, что формирование казанских татар произошло в результате длительного взаимодействия и смешения тюркских племен с финно-угорскими. В ходе своего исторического развития тюркоязычные народы края вступали в тесные хозяйственные и культурные взаимоотношения с обширным кругом своих финно-угорских соседей. Этот контакт сопровождался проникновением в некоторую часть финно-угорского населения элементов тюркского быта, тюркского языка в конечном счете завершился его полной тюркизацией.

Процесс тюркизации, начавшийся еще с булгарских времен, продолжался и в последующие периоды истории. Как говорилось выше, о татаризации отдельных деревень нетатарского населения свидетельствует ряд письменных источников, оставленных авторами XIX в. Эта же мысль подчеркивается и в работах современных исследователей финно-угорской культуры.

В среде казанских татар-мусульман процесс ассимиляции соседних народов сопровождался их мусульманизацией. Этому способствовали не только хозяйственно-культурные взаимоотношения, но и экономические, социальные и политические факторы истории, а также воздействие мусульманской религии, особенно усилившееся в конце XVIII—XIX в. К. И. Козлова пишет, что «для Среднего Поволжья обычным был процесс, если нетатарское население принимало ислам, то через сравнительно короткое время оно включалось в состав татар». Приняв быт, культуру и религию татар, эта часть соседних народов полностью отатаривалась и теряла признаки прежней этнической принадлежности.

Ко времени покорения Казанского ханства, по-видимому, влияние мусульманской религии на его население не везде было одинаковым. На периферии ханства сохранялись еще язычество или его пережитки. Исследователь истории Казанского ханства Г. 3. Кунцевич допускал даже, что большинство народонаселения ханства было языческое. Такое положение, разумеется, не могло не накладывать отпечаток на ход и результаты крещения, начавшегося после присоединения края к Русскому государству. Естественно, христианизация происходила легче и менее болезненно там, где слабо было влияние ислама. Н. И. Воробьев, наблюдая быт и язык кряшен, писал: «Можно со значительной долей вероятия сказать, что эти татары или совсем не были мусульманами, или находились в исламе так мало, что он (ислам. — М. Ю) не проник в их быт».

Надо полагать, что насильственному крещению подвергалось, кроме самих коренных казанских татар-мусульман, и в разной степени ассимилированное татарами население. Здесь наряду с давно тюркизированным и полностью потерявшим прежние этнические признаки населением в состав крещеных татар вошли еще и находившиеся в процессе ассимиляции группы соседних народов. Правда, последовавшие за этим массовые отпадения от христианства могли внести некоторые изменения в только что указанный состав татар-кряшен. Во всяком случае в среде кряшен под оболочкой христианства еще долгое время сохранялись сильные пережитки языческих обычаев и верований, а в меньшей степени — некоторые реликты мусульманской религии. Все это говорит о весьма сложном и порою противоречивом этнокультурном составе татар-кряшен.

В хронологии истории развития быта и культуры татар Среднего Поволжья на кряшен приходится поздний ее период — эпоха феодализма и капитализма. В соответствии с этими двумя социально-экономическими формациями выделяются и два этапа в формировании этнографических особенностей культуры и быта кряшен. В первый из этих периодов (XVI—XVIII вв.), особенно в начальные его этапы, культура и быт кряшен вряд ли имели принципиальные особенности, отличавшие их от других групп татар. Эти особенности сложились у татар еще в период их формирования в составе Булгарского, затем Казанского ханства на основе хозяйственных, культурных и этнических взаимоотношений с соседними народами. Эти, процессы продолжались и после присоединения края к Русскому государству и, надо полагать, как в среде татар-мусульман, так и в среде кряшен. Под насильственное крещение попали и казанские татары (в прямом смысле потомки булгар), и находившееся в той или иной степени под их воздействием нетюркское население края. В этнографической литературе, в преданиях встречается много примеров крещения соседних народностей, которые, живя в окружении татар, со временем становились известны как кряшены. Насильственное крещение прибавило к феодальному гнету и духовный, но оно не могло сильно изменить сложившийся к тому времени бытовой уклад и помешать продолжавшимся взаимоотношениям кряшен с некрещеной частью татар. Об этом достаточно ярко свидетельствуют цитированные выше документы. Роль православного духовенства в культурно-бытовой жизни кряшен зачастую ограничивалась записью их под русскими именами. В православии кряшены в ряде случаев удерживались лишь под страхом жестоких наказаний.

Культура и быт татар после присоединения к Русскому государству и до конца XVIII в. изменялись сравнительно слабо. Новым было то, что, вынужденные условиями колониального режима переселяться с коренных мест обитания, татары несколько быстрее стали сближаться с соседними народностями, в результате чего усилилось взаимовлияние культур. Этот процесс целиком относился и к кряшенам. Многие их поселения были расположены на землях соседних народов. На эти земли кряшены переселялись в порядке вольной колонизации. Кроме самостоятельных миграций, в период XVII—XVIII вв. было немало и правительственных переселений кряшен — с целью ограждения их от влияния ислама. Миграция увеличила этническую пестроту народов края, территориально сблизила их и объективно подготовила почву для еще более тесных, не только обычных культурных контактов, по и этнических. Следы этих процессов нашли отражение в быту, языке, топонимике, исторических преданиях кряшен и, естественно, должны были отложиться и в их материальной культуре. Кроме того, взаимодействие кряшен с различными по языку и культуре народностями приводило к дальнейшему усилению старых и появлению новых локальных особенностей быта и культуры, которые в дальнейшем, в новых исторических условиях приобрели более четко выраженную форму.

Кряшены, как и в целом татары Поволжья и Приуралья, ближе соприкоснулись с русскими крестьянами. В результате тех и у других появились сходные виды ремесел, приемы ведения хозяйства, идентичные сельскохозяйственные культуры и инвентарь, элементы материальной культуры. Следы этих взаимовлияний у кряшен выступали более сильно, так как этому способствовало жительство с русскими в одних деревнях. Имели место и смешанные браки. Подобное смешение в среде кряшен сравнительно с другими группами татар, очевидно, имело большое распространение, так как этому благоприятствовало единоверие. Как отмечают исследователи, «единоверие устраняло основную "причину, препятствующую заключению браков русских с татарами, чувашами, мордвой». Брачные контакты кряшен с соседними народами еще более усугубляли их этническую пестроту. Все указанные особенности формирования быта и культуры кряшен отмечаются и в конце XVIII—первой половине XIXв., в период разложения феодального общества. В это время в жизнь народов края все сильнее стали проникать товарно-денежные отношения, началось более интенсивное классовое расслоение. Особенно это усилилось в эпоху развитого капитализма во второй половине XIX—начале XX в. Более интенсивными стали рыночные связи, развивались кустарные промыслы и отходничество, возросла подвижность населения. Все это приводил к более тесным экономическим и культурным связям кряшен с трудовыми массами русских и других народов Поволжья, что естественно, вносило существенные изменения во все области их быта и культуры.

В капиталистический период особенности социально-экономических условий, а также различие религии у казанских татар мусульман и кряшен оказали наиболее сильное воздействие на развитие и ориентацию их общественных условий и бытового уклада.

Формирование быта и культуры казанских татар, как известно проходило не без воздействия культур Передней и Средней Азии чему способствовали как распространение в крае ислама, так и торговые связи татарских феодалов и буржуазии. Как отмечает Н. И. Воробьев, «ислам, тормозивший развитие культуры татар широким потоком вливается в среду трудящихся деревни. Эти влияния вплоть до второй половины XIX века все усиливались и отразились на всех сторонах быта народности. Воздействие ислама и внедрение так называемой «восточной культуры» продолжается и в период складывания татар в буржуазную нацию. Господствующий класс и духовенство, исходя из своих классовых интересов, стремятся - изолировать татар от всего русского (а также и от кряшен как иноверцев), нередко маскируя жестокую эксплуатацию трудящихся борьбой за сохранение самобытности национальной культуры.

В свою очередь в среде кряшен в XVIII—XIX вв. усиливается влияние православной церкви и миссионеров. «Опираясь на свою экономическую и политическую силу, церковь, как и прежде старалась упрочить свое влияние на самые разнообразные стороны духовной и материальной культуры». Как было отмечено в результате предпринятых церковниками практических мер кряшены оказались в религиозной, а отчасти в культурно-бытовой изоляции от других групп татар.

Условия обособленного развития не ограждали кряшен от капиталистических отношений, охвативших в этот период все народы края (см. ниже). Однако они оказались немаловажной причиной, завершившей формирование их бытовых особенностей. Обособленность не только затронула духовную сторону их быта (укоренение самоназвания, отсутствие брачных связей с другими группами татар, внедрение некоторых православных праздников, обрядов, икон и т. д.), но и имела воздействие на социально-экономическую структуру, которая в свою очередь внесла коррективы и в формирование материальной культуры, повлияла на качество и форму тех или иных ее элементов. Обособленность в социально-экономическом аспекте выразилась в более замедленных, чем у других групп татар, темпах развития в их среде капиталистических отношений. Крупная торгово-промышленная буржуазия у них только начала складываться, не было и внешних торгово-экономических связей, поэтому культура и быт кряшен по сравнению с другими группами казанских татар в меньшей степени подверглись позднему влиянию восточных и европейских культур.

Следует отметить, что в среде кряшен была незначительна и городская прослойка. Так, в конце XIX в. в городах Казанской губернии кряшен было всего 67 мужчин и 72 женщины. В начале же XX в. несколько десятков рабочих из кряшен работали на пороховых заводах в Казани, Ижевске, 300 рабочих — в Бондюге и до 50—60 рабочих — в Мотовилове. Кроме того, из каждой деревни до десятка кряшен уходили в индустриальные центры Урала, Донбасса, на нефтяные промыслы Баку, Грозного и т. д. Этот факт оказал определенное влияние на бытовой уклад кряшен. Однако в целом основная их масса осталась замкнутой в своих деревнях и, занимаясь земледелием, видела в этом главный источник доходов. Хотя капиталистические отношения и вносили определенные поправки в общественную и экономическую жизнь, но у кряшен продолжали бытовать устойчивые традиции общинных порядков, а полунатуральный характер хозяйства изменялся медленно. То же происходило и в материальной культуре. В конечном счете это привело к развитию в материальной культуре кряшен специфичных особенностей: к сохранению древних элементов, восходящих к архаическим этапам местной традиции, в том числе несущих на себе еще живые признаки былых этнокультурных взаимоотношений татар с соседними народами. В специфику материальной культуры добавочный штрих вносили старания церковников, которые стремились изживать у кряшен черты национальной татарской культуры.

Период середины XIX - начала XX в. стал завершающим в формировании особенностей материального быта кряшен. В это время он наиболее ярко совмещал в себе традиционные элементы, явившиеся результатом длительного исторического пути развития, и новых влияний, которые связаны с развитием товарно-денежных отношений во второй половине XIX в. <...>

Мухаметшин, Ю.Г. Татары-кряшены /Ю.Г.Мухаметшин. – М.: 1977. – С.21-28; 154-158. [Текст сканирован без указания ссылок на использованную автором литературу]

Теги:
Поделиться:
Комментарии (0)
Осталось символов:
Реклама