Туганайлар

Человек-архив: Дамир Васильев видит смысл жизни в исследовании "кряшенского вопроса"

В Международный день архивов, который отмечается 9 июня, мы пригласили в редакцию Дамира ВАСИЛЬЕВА – бывшего научного сотрудника Института татарской энциклопедии Академии наук Татарстана, ныне находящегося на заслуженном отдыхе, но не прекратившего свои исследования в области истории. У него собран богатый материал о кряшенской истории и культуре

– Дамир Михайлович, как давно Вы занимаетесь изучением кряшенского наследия?

– Примерно с 1967 года. Увлечение кряшенской культурой и историей всегда было совместным с этномузыковедом Геннадием Михайловичем Макаровым, с которым мы являемся двоюродными братьями. Нам тогда было лет 14-15. Толчком послужила книга «Татары Среднего Поволжья и Приуралья», вышедшая в 1967 году. В ней были опубликованы материалы по кряшенам Николая Иосифовича Воробьева и Махмута Нигмедзяновича Нигмедзянова. Также оказали влияние воспитание, семейные традиции. Помню, что у бабушек хранились книги на кряшенском языке. Они были «спасены» во время уничтожения церквей. Нам были интересны эти книги. Из-за нехватки информации мы стали «бомбардировать» редакции газет с вопросами, почему в их изданиях нет материалов о кряшенах. Тогда нам подсказали, что ответы на наши вопросы может дать только Максим Степанович Глухов из Казани, который занимается этим направлением. Спустя несколько лет, в 1972 году, когда служил в армии, я написал Глухову свое первое письмо, где рассказал о нашем с братом увлечении. Мне было тогда 19 лет. Он ответил примерно следующим образом: «Ребята, бросайте это дело с самого начала, ничего хорошего из этого не выйдет». Но эти слова только больше нас подстегнули.

Дамир Васильев (справа) и Геннадий Макаров (слева) во время экспедиции
Дамир Васильев (справа) и Геннадий Макаров (слева)
во время экспедиции

Первая моя встреча с Глуховым состоялась в 1977 году. Он работал в Доме народного творчества на Баумана, а я тогда учился в университете. Он стал рассказывать мне свои версии происхождения кряшен. С тех пор, можно сказать, мы не расставались. Я считаю его своим учителем.

– В советское время кряшены были запретной темой. Как вас принимали в деревнях, в экспедициях?

– По-разному. Даже родители относились отрицательно к моему увлечению, считая это бесперспективным. Но были люди, которых можно назвать непризнанными героями кряшен. Они хранили все, что можно было хранить и с большим удовольствием делились с нами.

– Почему, имея огромную информацию по истории и культуре кряшен, Вы ничего не издали по этой теме? Где все эти материалы, которые Вы собирали много лет?

– Эти материалы лежат у меня дома, в личном архиве. Желание издаваться есть. Раньше я приносил свои статьи по кряшенам в редакции газет «Комсомолец Татарии», «Татарстан яшьләре» и другие. Они забирали эти материалы, но никогда не публиковали. Сейчас я готовлю материал. Не знаю, во что это выльется.

– В каких архивах, фондах имеется информация о кряшенах?

– В Российском государственном архиве древних актов в Москве можно найти большое количество материала, начиная с XIV века до наших дней. В Санкт-Петербурге информация о кряшенах есть в Российском государственном историческом архиве. Там документы более позднего периода – начиная с XVIII века. Хотя, изучая документ XVIII века, можно найти в нём информацию более древних времен.

– С какого года Вы ездите в эти архивы?

– Довольно давно, с советских времен еще. Сейчас я на пенсии, практически всю пенсию трачу на эти поездки в архивы и экспедиции.

– У нас есть информация, что Вы нашли уникальный архивный документ – рукопись кряшенской грамматики. Расскажите подробнее о ней.

– Еще в 1921 году газета «Кызыл алям» анонсировала, что должна выйти грамматика кряшенского языка автора Сергея Ефимовича Малова. Но потом никаких следов этой грамматики не было. Ни один ученый её не упоминает и не знает о таковой. В последний день своего пребывания в Санкт-Петербурге я заглянул в архив Академии наук. Там оказался фонд Сергея Малова. В нём четыре описи. Среди них и обнаружил грамматику кряшенского языка. Стоит отметить, что это рукописи. По истории мы знаем, что в 1921 году был страшный голод. Малов уехал из Казани в Петербург. Есть было нечего, бумаги не было. До грамматики ли было там? Рукопись написана на чем попало – на обрывках бумаг, на полях газет, на оборотной стороне документов, конвертах… Местами чернила выцвели – ничего не прочитаешь. Я сфотографировал эти черновики. Меня удивил один факт – там стоит дата – 1925 год. Хотя по сообщениям газеты «Кызыл алям» грамматика должна была вот-вот выйти в 1921 году. В вводном слове Малов пишет, что проходят кряшенские съезды, на которых учителя говорят, что кряшенский язык есть, а грамматики нет. К сожалению, по неустановленным причинам эта грамматика не была издана. Как и не была издана история кряшен Николая Васильевича Никольского. Хотя она есть в архивах, Никольский читал историю кряшен как лекции.

– На Ваш взгляд, почему не была издана грамматика Малова?

– Думаю, потому, что была специальная комиссия, которая сказала, что нет такой нации – «кряшены». И Малов, и Никольский преподавали в кряшенском педтехникуме. Их стали обвинять в псевдонационализме. По этой причине Малов вынужден был уехать в Петербург.

– Как сложилась судьба Малова?

– Без трагических происшествий, присущих тому периоду. Сергей Ефимович прожил до 1957 года. Был академиком, занимался изучением тюркских языков.

– Есть ли возможность восстановить и издать эту книгу? Будет ли актуальна эта грамматика, когда в нашей республике ситуация с татарским языком остается под вопросом?

– Да, эту грамматику можно и нужно восстановить, издать. В рукописи около двухсот листов. Будет ли она актуальна – не нам судить, рассудит время. Наша задача – делать дело.

– В этом году вышла в свет книга Института истории при Академии наук Татарстана «Татары-кряшены», вызвавшая неоднозначную реакцию среди кряшен. Как Вам эта книга?

– Я дал составителям материалы рукописи диссертации Александра Николаевича Григорьева «Кряшенский вопрос и его разрешение Советской властью» от 1945 года. В книге есть хорошие материалы Радика Исхакова. Он очень продуктивный парень, выпускает в год несколько книг. Единственный большой минус в его работах то, что кряшенские тексты он даёт в татарской транскрипции, не в оригинале. У непосвященного читателя создается впечатление, что это чисто татарский язык, а кряшенского языка и письменности не было. Это очень умаляет научность. Научное издание должно быть «от и до» как в источнике.

– Вы работали в Татарском институте энциклопедии. Чем Вы там занимались?

– Я искал необходимые для энциклопедии архивные материалы, касающиеся истории населенных пунктов Татарстана и мест компактного проживания татар за пределами республики. В книге «Кряшены в переписи 2002 года» Сергея Соколовского представлен мой список кряшенских населенных пунктов.

– Вы много лет вели переписку с кряшенами из разных точек России. В каких уголках нашей страны живут кряшены?

– Сейчас кряшены в других регионах практически обрусели. Самый дальний регион, где живут кряшены – это Хабаровский край. Прямо на Амуре одна деревня называется Челны, другая – Елабуга. Также кряшены есть в Пировском районе Красноярского края – это, в основном, выходцы из Мамадышского района. На территории Томской области кряшены проживают в Колпашевском и Чаинском районах. Несколько населенных пунктов есть и в Новосибирской области. Они оказались там в результате столыпинской реформы – уехали заселять, осваивать Сибирь. Им были выделены земли. Интересный момент я заметил в Пировском районе Красноярского края. Почти в тех же деревнях, что и кряшены, живут русские немцы. У них очень много смешанных браков, где один из супругов кряшен, а второй немец. И все говорили на татарском!

– Вы не жалеете, что посвятили всю свою жизнь изучению кряшен?

– Кряшены – это "диагноз", смысл моей жизни. Видимо, таково было мое предназначение, как кряшены говорят, на роду написано...

 

Беседовала Людмила Белоусова

Нравится
Поделиться:
Реклама
Комментарии (1)
Осталось символов:
  • 9 июня 2018 - 22:30
    Без имени
    Дамирга күп сәлам!!! Бик башлы егет. Кызганыч, аралашып кына булмый. Каядыр югалды дип әйтимме. Дамирның хезмәтләрен керәшен мәсәләсенә генә куып кертү дөрес түгел. Аның ешләгән ешләре күпкә киңрәк. Мин аңа татар халкына Кекин ельязмасын кайтаруы өчен генә дә бик рәхмәтле. Кызганыч тарих институты шушындый егетне күрмәде, ярдәм итмәде...