Туганайлар

Бабушка, расскажи мне про войну

В военные годы голод как тень ходила за людьми. Особенно тяжко приходилось детям

Прихожу из школы, солнце светит в окна. На полу весёлые солнечные зайчики. Бабушка сидит на стуле и прядёт шерсть, мурлыча под нос нехитрую песенку. Нам дали задание написать про войну. Я прошу её:

- Әбәй, расскажи мне про войну.

Задумчиво наморщив лоб, продолжая дёргать руно, она начинает:

- Кому в войну тяжеловато пришлось, так это детям. Бросила жизнь их на солончак бедствия под названием «война». Работающим в колхозе давали на трудодни в день по стакану муки. Что это за кормёжка, когда дома полно ребятишек мал-мала меньше? Из этой муки затевали затерухи, а то обычно разводили в кипятке, делали клейстер и хлебали ложками. Варево получше только по Великим праздникам Про вкус соли совсем забыли. В такую тяжкую годину у каждой матери болело сердце за своих детишек. Помню, заходит к нам соседский мальчик, а мои за столом.

- Мы бы тебя позвали к столу, да у нас ложки нет, - лукавлю.

- Я сейчас,- умчался домой.

Прибегает, в руках ложка, а мои детки уж дерутся:

- Я буду облизывать чашку.

 - Нет, сегодня моя очередь.

- Ушёл, заревев во весь голос, - тягостно вздыхает бабушка, и дальше, - В другой раз пришёл играть, у моих «шумное застолье». Нагайбаки говорят, что кунак от Бога. Зову:

- Садись кушать, Илюша

Тот разминается с ноги на ногу, боясь постыдного попрошайничества, и думает: «Бабушка сказала, что у чужих за стол можно сесть только после третьего приглашения», и выдавливает из себя:

- Спасибо, - а у самого глаза голодные.

- Садись скорее, Илья, - прошу его.

- Спасибо, - и томится в ожидании.

Похлебки хватило только на два приглашения. С причитаниями:

- Что это вы меня в третий раз не позвали? - убежал, несколько дней к нам не ходил, обижался.

Бабушка перестала прясть, сглотнула комок с горла:

- Не единожды печаловалась «Не сберегу детей». У них стала просвечивающаяся сероватая кожа - до того исхудали.... В мозгу досужая забота о кусочке хлебушка насущном. Младший шестимесячный сынишка занедужил уморенный голодом. Ослабел так, что не мог плакать, - мяукал, как котёнок, вскорости затих. Отошёл в иной мир ночью, за пазухой у своей старшей сестры. Не счесть, сколько таких малышей вынесли в те годы на погост... Мы работали на току, на обед нас не отпускали. Дочери братика носили для кормления, но какое тут молоко? Меня саму-то качало от изнурения и недоедания. Боялась съесть лишнюю картофелину, её было очень мало, да и та одна мелочь, а горькуща-а-ая.... Отваривали картошку в мундире, очистив от кожуры, натолкав в пюре, клали в суп, добавляли в хлеб. Пока чистили, каждый из детей следил, чтобы другой, не дай Бог, «по ошибке» в рот не отправил.

Соседка Маруся через много лет слёзно винилась, что когда уходила на работу, додумалась подкладывать в зыбку к дочурке кошку в надежде, что та задавит дитя. Удумала, таким образом, враз избавить ребёночка от голодной, тягостной и мучительной смерти. Путано и невнятно открыла страшную тайну. Её малышка дотоле исхудала и ослабла, что не кричала уж, а только стонала.

- С работы ошалело неслась домой почти в беспамятстве, с захолонувшим сердцем, лишь бы не случилось вовсе непоправимое. Зайду, а доченька спит в обнимку с кошечкой. Коты, как оказалось, детей не давят, а утешают и успокаивают... А в грудях-то пусто... Господь смилостивился! Свекровка каким-то непостижимым образом сыскала кормовую свёклу, из неё делали сыуыргыщ*, этим и спасли страдалицу. Сподобил Господь сохранить кровиночку, а после я уж не тяжелела,- сокрушалась Мария. - Елико возможно довести родную мать до такого состояния, что захотела смерти своему чадо?

Оказалось и такое бывает... Что и говорить, кусок хлебушка был самым бесценным подарком.

Зимними ночами пряли, вязали варежки, носки, вышивали кисеты. носовые платки и отправляли посылки бойцам на фронт. У каждой из нас жила в сердце глубочайшая, облегчающая вера - своим сродникам шлем.

В страдную пору жили на полевых становищах, где все питались из общего котла. Домой нас возили раз или два в месяц. Кто туда попадал, у того была надежда выжить, не сгинуть от голода.

Не в моготу было тем, кто оставался в селе. Подсматривали куда захоронят павших животных, об этом знали только родственники членов комиссии по акту. Ночью тайно закапывали. Ночью же и выкапывали те, кто знал, где падаль закопана. Опаливали в печах старые тулупы, старую кожу и варили. Варили ремни. Благо, топили кизяком, который тлеет часами. Пробовали варить и картофельную ботву, а она абсолютно не съедобна.

В полевых станах тоже сытыми не бывали, но и от голода не мерли. Летом и жук - мясо, не говоря о рыбе, да и любую травку на зубок пробовали.

Ребята семи-восьми лет охотно пасли телят. В большие деревянные лохани выливали молоко. Телята не всё выпивали, остатки прокисали и становились простоквашей, у которой за жаркий летний день сверху черви заводились. Детишки разгребали руками червей, вылавливали белые сгустки и ели вволю. Уж до чего ребятишки были счастливы... Это же блаженство - чувствовать себя сытым! Ели кырлык**, алабөта***. Кырлык этот покуда печешь с мукой, не травишься, а без смеси в чистом виде Боже упаси! Сколько народа сгинуло с этого треклятого кырлык....

Пацанва, кому больше десяти, работали наравне со взрослыми, трактористами, комбайнёрами, прицепщиками. Вся тяжелейшая, чёрная мужская работа легла на них - маломощных, да на нас -голодных баб.

Сижу, затаив дыхание, эбей смахнула слезу и:

- В семьях, где была бурёнка, было чуть-чуть полегче.., но частенько получалось так, что она оставалась без сена. Кормили соломой с крыш, а что это за еда для дойной и стельной коровушки? Наша кормилица получилась «кутәрәм» - не могла встать на ноги, подвесили на арканах. Когда подыхала корова, тогда и приходило горе в дом... Продовольственные налоги на мясо и молоко перекрывали, сдав телёночка. Многих выручала коза. До сих пор помню частушку:

Продай корову, купи козу.

Коль зарежешь - будет мясо,

Коль подоишь - молоко.

Да и налог махонький.

Соседи оплошали, во второй год войны волки на окраине села схарчевали их Зорьку. Хищники тогда совсем обнаглели, заходили даже в овчарни.

Детей много. Моя мама в конце марта, зайдя к ним за какой-то надобностью, нашла их умирающими.... Отпаивала молоком от нашей Краснухи. После этого все их дети звали её «әйбәт тутей» - «прекрасная тётя». Немного погодя, реки вскрылись - ловили рыбу, а моллюсков таскали мешками..., да и травка пошла в рост...

Как только по радио сообщили весть радостную, что одолели лютого, жестокосердного вражину, разорителя и изувера Гитлера, всё село сбежалось на площадь.... Обнимались в радостном упоённом восторге, возбуждённо целовались, и вдруг... начался рёв, не тихий плачь, а стенала вся многолюдная площадь в один голос казалось, что она потонет во всеобщих слезах... Кто-то сетовал, что родные не дожили до победы здесь в тылу. Кто-то жалобился, что погибли родные на фронтах. Кто-то плакал от радости, что его родные уже не погибнут...

ПОБЕДА!!! ПОБЕДА!!! ПОБЕДА!!!

Все плакали в надежде, что все горести позади. У каждого была своя боль, своя радость, но тогда НАДЕЖДА стала ОДНОЙ на всех.

- Эх, әбей, совсем не то ты рассказываешь. Нам надо про войну, а ты про голод, - взмахнув рукой, ухожу. - Пойду лучше в книгах поищу да в газетах посмотрю, а может быть, в журналах что найду.

 

*Сыуыргыщ - соска. Разжёвывают хлеб и дают сосать ребёнку через тряпочку.

**Кырлык - торица, растение семейства гвоздичных, шпергель Дословно «кырлык» переводится, - выскребать.

***Алабөта - лебеда.

Из книги "Соты памяти народной"

 

 

Керәшен дөньясындагы яңалыкларны ВКонтакте, Инстаграм, Телеграм-каналда карап барыгыз. 

Хәбәрләрегезне 89172509795 номерына "Ватсап" аша языгыз.

Telegram-канале
Подробнее: http://tuganaylar.ru/news/novosti/aybagyru-byt
Telegram-канале
Подробнее: http://tuganaylar.ru/news/novosti/aybagyru-bytсоциаль челтәрләрендәге группалардан укып, белеп барыгыз.

Следите за самым важным и интересным в Telegram-канале Татмедиа


Нравится
Поделиться:
Реклама
Комментарии (0)
Осталось символов: